Требование истца
Д. С.Г. обратилась в суд с иском к ООО «наименование организации» о взыскании страхового возмещения в сумме * руб., компенсации морального вреда в сумме * руб., неустойки в сумме * руб., штрафа, расходов на оплату услуг представителя в сумме * руб., расходов по оформлению доверенности в сумме * руб., почтовых расходов в сумме 171,10 руб., указав, что 11 декабря 2013 г. между ООО «наименование организации» и Д. С.Г. был заключен договор добровольного страхования принадлежащего ей на праве собственности автомобиля «Porche Panamera GTS», государственный регистрационный знак *, по рискам КАСКО «Ущерб», «Угон/Хищение». Страховая сумма по данному договору составила * руб., страховая премия уплачена истцом в полном объеме. Период действия договора с 11 декабря 2013 г. по 10 декабря 2014 г.
В период действия договора 14 октября 2014 года произошел страховой случай, в результате противоправных действий третьих лиц застрахованному автомобилю были причинены механические повреждения.
31 октября 2014 г. истец обратилась к ответчику с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения. Рассмотрев данное заявление и признав рассматриваемый случай страховым, ответчик направил указанное ТС на ремонт на СТОА.
26 мая 2015 г. истец обратилась в ООО «Наименование Компании П.» для определения величины утраты товарной стоимости застрахованного автомобиля.
Согласно заключению эксперта № * от 26 мая 2015 г. величина УТС составила * руб.. В ответ на претензию истца страховая компания выплатила страховое возмещение в сумме * руб., недоплата составила * руб..
Выводы суда по делу
Разрешая дело, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 929, 947, 963, 309, 310, 1064, 1082, 15, 421, 151, 1099, 1101 ГК РФ, ст. ст. 10, 9 Закона РФ от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации».
Фактические обстоятельства
по делу
Как установлено судом, а также подтверждается материалами дела, 11 декабря 2013 г. между ООО «наименование организации» и Д. С.Г. был заключен договор добровольного страхования принадлежащего ей на праве собственности автомобиля «Porche Panamera GTS», государственный регистрационный знак **, по рискам КАСКО «Ущерб», «Угон/Хищение». Страховая сумма по данному договору составила 7 236 438 руб., страховая премия уплачена истцом в полном объеме. Период действия договора с 11 декабря 2013 г. по 10 декабря 2014 г.
В период действия договора 14 октября 2014 года произошел страховой случай, в результате противоправных действий третьих лиц застрахованному автомобилю были причинены механические повреждения.
31 октября 2014 г. истец обратилась к ответчику с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения. Рассмотрев данное заявление и признав рассматриваемый случай страховым, ответчик направил ТС на ремонт на СТОА официального дилера.
26 мая 2015 г. истец обратилась в ООО «Наименование Компании П.» для определения величины утраты товарное стоимости застрахованного автомобиля. Согласно заключению эксперта № ** от 26 мая 2015 г. величина УТС составила ** руб..
В ответ на претензию истца от 05 июня 2015 года страховая компания 22 июня 2015 г выплатила страховое возмещение в сумме ** руб., недоплаченная часть страхового возмещения составила ** руб., данную сумму суд взыскал с ответчика.
Поскольку срок исполнения обязательств ответчиком был нарушен, суд удовлетворил требования истца, взыскав с ответчика неустойку согласно ст. 28 Закона РФ «О защите прав потребителей», определив ее в сумме ** руб..
Требования истца о возмещении морального вреда также были судом удовлетворены, поскольку действиями ответчика по нарушению сроков выплаты страхового возмещения истцу были причинены нравственные страдания, сумму компенсации суд определил в ** руб..
В соответствии с требованиями п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» суд взыскал с ответчика штраф в сумме ** руб..
Доводы
апелляционной жалобы
В апелляционной жалобе представитель истца указывает на то, что суд неправомерно ограничил сумму неустойки размером недоплаченного страхового возмещения, поскольку для применения ст. 333 ГК РФ было необходимо заявление ответчика, который в судебное заседание не явился и возражений на иск не представил.
Как усматривается из материалов дела, ответчик ходатайств о применении положений ст. 333 ГК РФ не заявлял, о снижении неустойки не просил, в связи с чем оснований для ее снижения у суда первой инстанции не имелось.
Пунктом 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей предусмотрена ответственность за нарушение сроков оказания услуги потребителю в виде уплаты неустойки, начисляемой за каждый день просрочки в размере трех процентов цены оказания услуги, а если цена оказания услуги договором об оказании услуг не определена – общей цены заказа.
Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).
Цена страховой услуги определяется размером страховой премии (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 20 от 27 июня 2013 года «О применении судами законодательства о страховании имущества граждан»).
Исходя из приведенного, неустойка подлежит исчислению в зависимости от цены оказания услуги, то есть от размера страховой премии, и ее общий размер также ограничивается данным размером.
На основании изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение в данной части подлежит изменению, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка за период с 22 июня 2015 года по 22 апреля 2016 года в максимальном размере – в сумме ** руб..
Соответствующему изменению подлежит также сумма штрафа, которая составит ** руб..
В остальной части решение суда не обжалуется и проверке в апелляционном порядке не подлежит.
Источник: Единый портал судов общей юрисдикции г. Москвы
